Мы сидим на берегу Вислы и пьем из термосов чай. Прямо напротив нас раскинулся Старый город, королевский замок отражается в воде, крыши и стены домов на Рынке переливаются оттенками коричневого и рыжего. Утренний воздух свеж, срывается ветерок, колыша листьями на деревьях, но тут, внизу, почти затишье, лишь по воде течет легкая рябь.
- Скажи, что с тобой, - я откусываю большой кусок бутерброда. Они у тебя класснючие!
- Да все нормально, - ты смотришь прямо и улыбаешься.
Но я-то вижу! Нет, не все нормально. Еще со вчера ты словно сама в себе. Вяло отвечаешь на ласки, молчишь, все время задумчива. Значит, есть что-то, что тебя мучает.
- У-гу, я вижу, как все нормально, - бормочу, доедая бутерброд.
На корягу, описав круг, сел корморан. Осмотрелся, повертев длинным желтым клювом, и принялся высматривать добычу. Мы снова молчим.
- Ну, Кис, скажи! - снова начинаю я.
- Да что ты ко мне пристал, - в твоем голосе не слышится недовольства, и это первый хороший признак.
- Естественно, я же тебя люблю, потому и спрашиваю, - наливаю из термоса чай. Пар струйками плывет вверх. - Налить?
- Да, спасибо, - ты подставляешь свою чашечку.
- Колись, глина, - цитирую я "Джентельмен-шоу". - Что у тебя там стряслось? Что-то страшное?
- Да не страшное, - вырывается у тебя.
- Ага! - торжествующе кричу. - Значит, таки стряслось.
Ты отставляешь чашку и закрываешь глаза. Я смотрю то на тебя, то на корморана, обернувшегося на мое "ага".
- Да, - выдавливаешь из себя. - Я хочу встретиться с одиним парнем сегодня.
- Кто он?
- Не важно.
- Ну, почему я должен из тебя все тянуть клещами? - поднимаю руки к небу, словно Моисей, который, спустившись с Синая, застал полный разврат.
- Ну... он с работы...
"Ага, знаем такого, знаем, давно он уже к тебе клинушки подбивает, читали переписочку в ВК", - я опускаю руки и делаю глоток.
- Ну, он пригласил меня в кафе...
- Ты хочешь пойти? - я косюсь на нее.
- Не знаю...
- Значит, хочешь, - делаю второй глоток. - Ну, так сходи, в чем проблема.
- Ну, он... - она смотрит на меня.
- Знаешь, я не против.
- Он еще хочет со мной прогуляться. Я могу вернуться поздно.
- Да не вопрос, - отвечаю, рассматривая проплывающих мимо уточек. - Ты же знаешь, что я всегда найду чем заняться.
Она улыбнулась, посмотрела в глаза и положила мне руку на колено.
- Ты не ревнуешь?
- Ну нет, конечно, - корморан растянул крылья, греясь на солнце. К нему плавно подлетел огромный речной мартын, плюхнулся рядом. - Иди, Кис.
- Спасибо тебе, - ты целуешь меня в щеку и придвигаешься поближе. Над рекою высоко проурчал моноплан.
Начинался новый, удивительный день.