Я часто влюбляюсь. В среднем моя влюбленность длится 5-7 дней: до момента, пока человек не спизданет какую-нибудь несусветную глупость. Но пару лет назад эйфория продлилась чуть дольше.
Он относился к моему излюбленному типу мужчин: им уже за 40, но за счет здорового образа жизни, спорта и неуемной активности они выглядят и чувствуют себя на 30. Их сексуальность и физические данные дадут фору 20-летним, их энергия качественна и выдержана, потому гораздо мощнее, чем у мальчишек.
Любитель путешествий, яхт, женщин и аргентинского танго, неисправимый авантюрист и хулиган, аферист и очаровательный лжец. Это был тот редкий случай, когда я соглашалась выходить из дома в 7 утра, чтобы отправиться на свидание – просто потому что ему так было удобно.
Я будила его звонком в дверь, заходила и целовала его сонные глаза. Мы шли на кухню, готовили завтрак и обменивались новостями. Я обожала нашу болтовню, объятия на обеденном столе и его тело. У него был восхитительный, толстый с проступающими венами член, но любила я его даже не за это. Все дело было в пальцах.
Как это часто бывает с любовниками, которые хорошо совпадают по чувственности и энергетике, у нас была своя любимая поза. Он ложился на спину, я садилась сверху попой к нему и опускалась головой к его коленям. Он доставал специальное массажное масло, мгновенно заполнявшее комнату терпким дурманящим ароматом, и приступал.
Обильно смазывая всю мою промежность, он также вводил на пальцах дополнительную порцию масла в киску. Все должно было быть очень влажным. Втирая масло в стенки моей дырочки, он мягким движением нащупывал точку G и постепенно сосредотачивался на этой области, нажимая на нее.
Делая движения все более уверенными, он сильнее и сильнее продавливал переднюю стенку моей пизды. Когда он слышал стоны, которые я уже не могла сдерживать, он делал одну из наиболее потрясающих вещей по части сексуальных практик, которые мне доводилось встречать. Продолжая стимулировать пальцами правой руки мою дырочку, ладонь левой он клал мне на низ живота чуть выше лобка и с силой надавливал. В этот момент он прекращал жеманничать с моей точкой G и начинал трахать ее пальцами со всей мощью. Он долбил ее изнутри и крепко-накрепко держал ладонью снаружи, таким способом полностью захватив ее в плен своих умелых рук. В эти моменты мне казалось, что именно в данной зоне тела находится женская душа.
Он имел меня пальцами жестко, сильно, не давая мне шанса увернуться или сдвинуться. Он доводил меня до крика и визга, вероятно, развеивавших утреннюю рутину соседей. Я кончала, а он продолжал, не позволяя мне ни передохнуть, ни отдышаться, снова и снова растрахивая мою киску. Мне казалось, что меня раздирают на части. Все тело дрожало в истоме, а я захлебывалась в стонах и обожании к этому мужчине. После нескольких оргазмов он, наконец, отпускал меня, и я падала на кровать рядом с ним. Я не могла ни вздохнуть, ни пошевелиться; все мои мышцы были обессилены и болели. Он приносил мне стакан воды и поил из своих рук, гладил по волосам и целовал.
Такие встречи повторялись на протяжении 3-4 месяцев. Они были легки и прекрасны. В тот период я пребывала в нескончаемом состоянии эндорфинового опьянения. Я всегда чувствую себя полной сил и летаю, когда напитана эмоциями и энергией любовника.
Эта история закончилась просто и красиво. Я приехала к нему с утра, он как всегда поласкал меня пальцами, мы великолепно потрахались и с удовольствием провели завтрак за болтовней. Когда мы одевались, я вдруг очень ясно почувствовала, что эта встреча будет последней. Это осознание было так же просто, как и все наше общение: для него не было видимых причин, но мы поняли это со всей отчетливостью.
- Подкинешь меня до метро?
- Да, конечно.
Он гонял на машине не без изыска, но со знанием дела – где-то я слышала мысль, что мужчина водит авто так же, как трахается. Со спокойной усмешкой он обгонял пробку по выделенке – специально для этого он поставил себе номера другого государства, которые сложно пробить – очередная афера для поддержания веселости жизни. Мы ехали быстро, влетающий в открытые окна ветер ерошил волосы, а солнце слепило глаза через лобовое стекло. Этот мужчина был воздух и свобода, и все мгновения рядом с ним я любила одинаково: и когда я умирала от наслаждения в его руках, и когда я сидела рядом с ним в мчащейся по Москве машине, со смехом загибая пальцы в попытке сосчитать его нарушения.
Он остановился у тротуара, повернулся ко мне и поцеловал – как всегда – сладко, вкусно.
- Спасибо, что подвез, - сказала я.
- Да не за что, - улыбнулся он.
Я в последний раз окинула взглядом его прекрасное сияющее лицо.
- Ну давай, пиши-звони, - это была моя любимая фраза для прощания навсегда.
- Буду, - ответил он.
Я вышла из машины и зашагала в сторону метро. Я знала, что мы больше никогда не встретимся.