Втот вечер я завяз в компьютере не на шутку - требовалось срочно доделать кое-что по работе. Когда последний файл был, наконец, сохранён, взгляд вдруг упал на часы в углу экрана, и тут же возникла мысль: опа, а где же Алёна? Алёна, моя супруга, обычно заканчивала работу в 10 вечера и к 11 стабильно была дома, а в случаях каких-то изменений обязательно отзванивалась и предупреждала, причём это было её пунктиком, так как меня она запиливала в корягу именно за то, что я могу где-то зависнуть - неважно, где и зачем, - не предупредив её. А тут - почти полночь, и ни жены, ни звонка! Рука моя потянулась к мобильнику, но он ожил на мгновение раньше - слава Богу, она!
- Дорогой, не волнуйся, всё в порядке! - а голосок-то весёленький! - И приготовь чего-нибудь к столу, я сейчас буду, и у меня для тебя сюрприз!
Чего-то нашарив в холодильнике, я присел у стола, гадая, что бы это мог быть за сюрприз. Я очень давно пытался раскрутить мою любимую на секс с другим мужчиной, уговаривал завести любовника, а то и нескольких, но она, весьма заинтересованно обсуждая со мной подобные варианты, не торопилась воплощать их на практике. Ну что ж, может быть, наконец, свершилось, и через несколько минут я узнаю об этом?
От звонка в дверь я вздрогнул - обычно Лена открывает сама, но если женщина просит... Я открыл дверь. У входа стояла Алёна, а с ней четверо парней явно кавказской национальности. Сюрприииз!!!
- Дорогой, у нас гости! - Алёна, явно навеселе, чмокнула меня в щёчку и отодвинула вглубь прихожей.
- Мальчики, заходите!
Я несколько оторопело смотрел, как "гости" проходят в квартиру, и как Алёнка проводит их в большую комнату. В голове моей никак не могло уложиться то, что происходит. Зачем она их привела? Явно напрашивался самый заманчивый для меня ответ, но тогда возникала сразу куча вопросов: то - долгое и упорное сопротивление любой моей инициативе в этом направлении, а тут - сразу четверо, да ещё и кавказцы - Лена никогда не питала к ним особой симпатии, - да ещё и домой! В общем, я решил не ломать голову, а взять себя в руки и посмотреть, чем же это всё закончится. К столу потребовались дополнения - я достал из бара коньяк, шампанское они принесли с собой, и я с головой ушёл в роль гостеприимного хозяина. Когда все приготовления были окончены, я разлил коньяк мужчинам, шампанское мы оставили Алёне, и предложил тост за нашу даму. Гости одобрительно закивали. Они вообще говорили очень мало, и больше всё между собой и по-своему, обильно сдабривая свой язык русским матом. Я попытался их рассмотреть, но они казались очень похожими между собой: все коротко стриженные, невысокие, коренастые, лишь один был как-то погибче, что ли, но он был и заметно моложе. Да ещё один сразу запомнился - с явной залысиной.
Выпили. Возникла пауза, но ненадолго - тот, что с залысиной, обратился к Алёнке:
- Хозяйка, дорогая, покажи теперь гостям, чем ты их будешь угощать! - она непонимающе глянула на него - Раздевайся, да, покажи, что у нас сегодня на ужин!
Остальные засмеялись и заговорили между собой. А она покраснела, но встала перед нами и без возражений сняла с себя блузку.
- Давай, давай! - зашумели кавказцы. Тогда она расстегнула лифчик, мгновение помедлила, и, видимо, решившись, отбросила его в мою сторону. Я немного удивился, что она стала снимать лифчик, а не юбку, мне подумалось, что было бы логичнее снять юбку и остаться в белье, а уж потом заняться лифчиком. Лена, тем временем, оставшись голой до пояса, попыталась прикрыть руками свою маленькую, крепкую грудь, но гости зашумели уже весьма неодобрительно, и тот, что помоложе, встал и подошёл к ней со словами:
- Ну ты билять, убери руки!
Я заикнулся было возразить против такой формулировки, но тот, что сидел рядом со мной, очень негромко, но очень как-то весомо опередил меня:
- Тихо сиди, да!
Алёнка, вся пунцовая, медленно опустила руки, и молодой тут же облапил её грудки. Она попыталась отстраниться, но он схватил её за руку и толкнул к остальным. Они зашумели, и один явно сказал что-то молодому, после чего тот отступил от Алёны на пару шагов. Тогда лысоватый сказал уже ей:
- Не бойся, красавица, раздевайся дальше!
Она посмотрела на него, потом - как-то виновато, как мне показалось, - на меня, и неохотно принялась расстёгивать юбку. Все затихли. Лена помедлила ещё немножко, а потом отступила на шаг и опустила юбку на пол. Сюрприиииз! - на ней не было трусиков, хотя я могу поклясться, что, когда она собиралась на работу и бегала по комнате то с утюгом, то с косметичкой, они на ней точно были. Теперь она стояла перед нами совсем голая, в одних лишь туфельках на шпильке, пунцовая до корней волос и какая-то растерянная. Я понял, почему она сначала сняла лифчик. А она смотрела - даже не на меня, куда-то, скорее, в мою сторону, - и даже не пыталась прикрыть ни свои грудки, ни аккуратно подбритую полоску волос на лобке, словно ей вдруг стало всё равно и она просто ждала, что же с ней сделают дальше.
Кавказцы засуетились. Когда я оторвал глаза от моей ненаглядной, двое из них уже разделись, и один тут же подошёл к Алёнке, приобнял её и увлёк в сторону кровати. Странно, но их члены я рассмотрел как-то лучше, чем их самих. У этого был, наверное, почти как у меня, только головка помассивнее. Он уложил Лену на кровать на спину, развёл ей ноги и провёл пальцем по губкам, после чего со смешком что-то сказал своим, а те ответили ему что-то вроде "давай-давай!" И он тут же взгромоздился на Алёну и без лишних слов вошёл в неё. Она застонала - я подумал, что от боли, но при этом она выгнулась к нему навстречу и обхватила руками его спину, вжимая его в себя до самого конца. Остальные вновь одобрительно зашумели, а я, увидев это, кончил прямо в брюки. Но до меня никому не было дела.
Первый имел мою жену неторопливо и размашисто, вынимая из неё почти весь свой орган, а потом засаживая его обратно до самого конца, а она прижималась к нему всем телом и подмахивала своими пышными бёдрами так, что крышу мою снесло сразу и напрочь. Остальные что-то делали вокруг, но я их просто не замечал. Перед глазами было только Алёнкино родное тело, да выходящий из её киски на всю длину и погружающийся обратно член кавказца. Впрочем, продолжалось это недолго. Довольно скоро он увеличил темп, засопел, запыхтел и вдруг замер, впечатавшись в Алёну и только конвульсивно подёргиваясь. Меня добило то, что она обхватила его изо всех сил и явно кончала вместе с ним. Мне приходилось возиться по полчаса и словом, и делом, и лаской, и пальцами, и языком, и после этого она всё равно очень долго разогревалась, хорошо ещё, что я, подметив в своё время эту её особенность, старался насколько возможно оттянуть свой пик, и, таким образом, нам удавалось доставить удовольствие и ей, причём, кончив в первый раз, она легко могла вдогонку кончить ещё раз пять-шесть. А тут... Господи! Он же без презерватива! Только тут до меня дошло, что никто даже не заикнулся о предохранении, хотя, на мои фантазии это было самым первым и самым главным возражением. Тем временем Алёна лежала на нашей кровати, раскинув ноги , и из её щёлочки неторопливо выплывала сперма первого из наших гостей. А второй уже выходил на исходную позицию. Это был тот, что помоложе. Член его был похож на член первого с той лишь разницей, что был, может, чуток подлинее, и очень заметно изгибался в левую сторону где-то посередине ствола. Он влез на кровать - и действо продолжилось. Вот его Алёна просто не смогла прижимать к себе, как первого, да и подмахивать ему было ей трудно: он с ходу предложил невероятно быстрый темп. И, видимо, сразу попал в какую-то её точку, потому что она, ещё не отойдя толком от предыдущего оргазма, заскулила, сжалась и принимала в себя его коротенькие и быстрые толчки, видимо, готовясь к скорому и мощному взрыву. Но третий отвлёк её - он подошёл к кровати, повернул её голову к себе и сунул ей в рот свою дубину - там было, что пососать и на что посмотреть! Очень длинный сам по себе, с длиннющей тонкой головкой, загнутой кверху, его член меня даже испугал - как же Алёна его в себя примет! Но пока она послушно принимала его в рот. А я подумал вдруг: ну вот, моя жена уже с двумя сразу! Она тут же вернулась к состоянию улёта, благо, молодой продолжал, не прерываясь, коротко и быстро долбить её влагалище, а длинный, взяв её за волосы, играл с её губами, то погружая в них головку, то водя ею по ним и слегка пошлёпывая. Молодой вдруг завыл, ещё ускорился - и стал кончать такими же короткими, быстрыми толчками. Алёнку, видимо, это добило - она скорчилась под ним в судороге оргазма, и, похоже, прикусила член длинного, потому что тот тут же дал ей короткую и хлёсткую пощёчину.
- Ты что, билядь, кусаться! Эй, муж, иди держи ей ноги, я ей щас покусаюсь!
Я, видимо, совсем съехал с катушек от возбуждения, потому что, ничего не ответив, послушно подошёл к кровати, опустился на колени у Алёнкиного лица и поцеловал её в губы. Она не ответила на поцелуй, а застонала - длинный влез на кровать, задрал ей ноги к голове и сказал мне:
- На, держи!
А сам повозился у её промежности, и вдруг она закричала - теперь уж точно от боли - он загнал ей своего монстра в попу, причём сразу целиком.
- Что, ссука, будешь кусаться?
Остальные засмеялись где-то в стороне, а он, пристроившись поудобнее, принялся наяривать. Я держал Алёну за щиколотки и целовал их, не знаю, чувствовала ли она это, но крик быстро сменился всхлипыванием, а скоро я услышал и её характерное придыхание: она снова возбудилась, и то, что происходило с её попой, уже доставляло ей удовольствие. А длинный тем временем остановился, вынул член из попы и сразу же ввёл в Алёнкину щёлку, пошуровал немножко там и вновь вернулся в попу. Через какое-то время я перестал понимать, где он находится в конкретный момент, потому что Алёна напряглась всем телом и задержала дыхание перед близким оргазмом. И он случился. Я держал её лодыжки, длинный вцепился в её бёдра, а она металась под ним и рычала, сотрясаемая сладкими судорогами. это длилось несколько долгих мгновений, и я, признаться, даже не предполагал, что такое возможно. И снова смех вокруг, гортанный говор вперемешку с матом, и голос лысого:
- Смотри, дарагой, кончила твоя жена!
Я увидел длинного, который, смеясь, показывал остальным свой стоящий колом член, чем-то измазанный.
- Отойди, а, пусть твая шлюха сам свой гавно вылижет!
Длинный отодвинул меня от кровати, подошёл к Алёне, взял за волосы, повернул к себе и сунул член ей в губы. Она, похоже, была в полной отключке, потому что безропотно приоткрыла рот и позволила ему войти. А он вынул, поводил немного измазанной головкой по губам, по лицу, размазывая по нему остатки кала, и снова вставил в рот. На этот раз она застонала и приоткрыла глаза. Я смотрел как заворожённый, происходящее уже давно вышло за всякие рамки моего понимания, но дико меня возбуждало.
- Ну что, сучка, нравится? - длинный продолжал неспешно обрабатывать Алёнкин рот, и она смогла в ответ лишь промычать что-то нечленораздельное.
- Ну падажди, щас мы тебя вдвоём ебать будем, тебе ещё больше панравится!
Лысый тем временем тоже подошёл к кровати, и они похоже, обсуждали план действий. Закончилось тем, что длинный, который так пока и не кончил, лёг на спину, Алёну подняли и усадили на его дубину верхом, а лысый забрался сзади и стал пристраиваться к её попке. Я подумал, что ничего не получится: член лысого, совсем коротенький, был угрожающей толщины, на вид - просто яблоко. Я представил себе, как это сейчас будет, и едва не кончил в очередной раз. А они, слегка повозившись, на миг затихли все втроём, и вдруг Лена заскулила. Негромко так, словно обиженная собачонка. А лысый начал осторожно двигаться. Поскуливание стало громче, явственнее. Тогда зашевелился и длинный. Через какое-то время они оба трахали мою любимую в обе дырочки, причём, каждый в каком-то своём темпе, и мне стало вдруг жутко интересно, как эта сложная, на мой взгляд, конструкция, не разваливается. Наверное, все дело в длинном члене, бывшем в Алёнке снизу - с него ей никак не соскочить, и потому второму не нужно особенно напрягаться и осторожничать. Потом я залюбовался её нежным белым телом между тёмных и волосатых южных парней. А она уже не скулила, она подвывала в такт их движениям и сама старалась насадиться поглубже на их колы. Длинный что-то крикнул снизу, лысый задвигался побыстрее... Я думал, она закричит, но она без звука рухнула на плечо длинному после того, как они одновременно с лысым замерли, заливая всю её своей спермой. Характерно, что я кончил вместе с ними.
Дальше - какой-то туман. Я не помню, как наши гости одевались, что они мне говорили, что я им отвечал, не помню, как они уходили и как я закрывал за ними дверь. Помню, как я долго лежал рядом с Алёной, гладил её истерзанное оргазмами тело, целовал её лицо, её руки, её ноги, как снял с неё, наконец, туфли. Как она вдруг, словно очнувшись, уткнулась лицом мне в грудь и долго рыдала, и, наконец, уснула, а я ещё долго гладил её по голове, вновь и вновь прокручивая в памяти только что увиденное.

Весь следующий день Алёнка провела в постели, а я суетился вокруг неё. Позвонил ей на работу, договорился, что она "поболеет" денёк, приготовил немудрёный завтрак, вертелся вокруг, всячески выражая своё внимание и участие. Несколько раз её пробивало на слёзы, и тогда я сидел рядышком, гладил её по голове и шептал всякую утешительную чушь. Как у меня хватило выдержки не задать ей главные вопросы, мучившие меня самого, я не знаю, они распирали меня изнутри, наверное, также, как возбуждение распирало мой орган, целый день болтающийся в полной боевой готовности. Но что-то подсказывало мне: молчи, дурак, молчи и жди, когда будет надо - она сама всё тебе расскажет. Разговор случился вечером, после очередных рыданий. И начался он с вопроса: как ты можешь любить меня после такого?! - Глупенькая моя, ведь это то, о чём я тебя так долго упрашивал! - Но ведь я прямо на твоих глазах трахалась Бог весть с кем, Бог весть как... - Родная моя, ты посмотри на меня - я до сих пор возбуждён до безумия! - Но ведь я же кончала с ними! - Солнышко моё, ты просто не видела - я кончал вместе с тобой! - Но пойми же ты: мне это нравилось!!! - А мне нравится, и нравится очень, что это понравилось тебе! - Но ты же перестанешь меня теперь уважать! - Ну почему вдруг ты так решила? - Мне же понравилосьь, что они делали со мной, что хотели, не считаясь ни со мной, ни с тобой! - Ну вот, а я видел, что тебя это заводит, и что тут страшного, что нам обоим это доставило массу удовольствия?! - Когда они заставили меня раздеться, мне стало так стыдно перед тобой... - А я видел, как они на тебя смотрят, и гордился тобой!..
Трудно теперь вспомнить, как именно мы говорили, но очень долго мне пришлось убеждать мою родную в том, что она для меня ещё желаннее после этого происшествия, и что я люблю и уважаю её ещё больше, чем прежде, и что хочу её, как никогда... С последним, правда, возникла проблемка - Алёнка, смущённо извиняясь, объяснила, что после вчерашнего пока просто не может даже подумать о сексе, но в итоге дело завершилось миньетиком, и она, судя по всему, осталась удовлетворена тем, как быстро и бурно я закончил, видимо, это сказало ей больше, чем все мои уверения. Через пару дней я аккуратненько предложил заглянуть в КВД - не худо было проверить, всё ли у нас в порядке после той ночи, сомнения на эту тему не давали мне покоя. Чтобы не подчёркивать, что проверяем мы именно Алёну, я тоже сдал анализы, и, к великому моему восторгу, у обоих всё оказалось благополучно. Узнал я и то, каким образом получился тот памятный вечер. Назвать его авантюрой - слишком слабо, это было какое-то безрассудство, наваждение... На работе у Алёнки случились какие-то неполадки с электричеством, и начальство отпустило всех домой около 6 вечера. Она с подругой заглянула в кафешку, они выпили по бокалу шампанского и собрались уходить, но уже буквально в дверях Лена непонятно как зацепилась за лысоватого, и зачем-то очутилась с ним за столиком. Ещё шампанское, необязывающий разговор... Его звали Эдик, и он оказался довольно галантным, и, что самое важное, приятным собеседником. Она не может обьяснить, как он вывел её на разговор обо мне и моих желаниях, но она вдруг разоткровенничалась с ним и рассказала, что муж давно уговаривает её на групповичок с несколькими мужчинами и предлагает завести любовника. Не может она обьяснить и дальнейшего: он взялся подвезти её домой, и всю дорогу убеждал, что желания мужа нужно исполнять. А возле самого нашего дома предложил порадовать меня и достал из брюк свой член. Она совершенно растерялась - и от неожиданности, и от пикантности ситуации - машина стояла практически под нашими окнами, и от его наглости, да и - не в последнюю очередь! - от вида его члена, короткого и неимоверно толстого... И пока она пыталась собраться с мыслями, он вдруг грубо приказал: - Соси! - крепко взял за волосы и наклонил к себе. Тут-то её крышу окончательно снесло, и она беспрекословно выполнила то, что он от неё требовал: возбудила его орально, вышла из машины, сняла с себя трусики, пересела с ним на заднее сиденье и отдалась ему. Кончив, он что-то говорил о том, какая у неё вкусная киска, и снова о том, что желание мужа - закон. А потом вдруг сказал, что у него рядом живут друзья, и что он сейчас всё организует. Куда-то позвонил, пересел за руль, они отъехали куда-то, действительно недалеко, где в машину к ним подсели остальные наши гости. Тут он велел ей позвонить мне, и они направились к нам.
Мы много раз возвращались к тому или иному моменту этого рассказа - я пытался понять, как же, всё-таки, моя жена ввязалась в это приключение, но ответа ни для меня, ни для неё, так и не нашлось. Потом, попозже, она уже только отшучивалась: нечего было без конца на это подбивать, а то вот теперь давай, отвечай ему, как такое случилось! Попробовали мы и ещё один момент: раз Алёнке так понравилось именно то, что ею командуют и используют её, как вещь, я попытался исполнить роль "верхнего". Закончилось тем, что мы оба посмеялись и отказались от подобных экспериментов.
Прошло, наверное, около месяца, и жизнь окончательно вошла в русло. Мы часто вспоминали о том происшествии, но вспоминали уже не так остро, впечатления сгладились, устаканились, и я был дико рад, что Алёна перестала переживать и подозревать меня в каком-то охлаждении. Более того, я уж начал подумывать о том, что было бы неплохо раскрутить её на новое приключение - теперь-то это должно быть намного легче. В постели я часто об этом заговаривал и чувствовал, как она заводится в ответ, хотя и ничего не говорит. Но всё случилось без нашего участия. Вечером мы забавлялись с ней в постели - я расположился между её ножек и ласкал языком её бёдра, рассказывая по ходу какую-то очередную свою задумку, как вдруг зазвонил её мобильный. Она напряглась и отодвинула от себя мою голову, потом отложила трубку, присела на кровати, как-то странно посмотрела на меня и сказала: - Иди открывай, это они... - Кто? - не сразу понял я, а потом встал с кровати, крепко поцеловал Алёнкины губы - она едва ответила мне - и пошёл открывать....