Бывает так - проснешься и поймешь,
Еще не мёртв, но больше не живешь,
Еще не грешен, но и не святой,
И не чужой, и все-таки не свой...
Нигде не ждут, но примут, коль придешь,
Дверь не откроют, если не толкнешь,
И не согреют, если ты продрог,
И предадут, коль ты предать не смог...

Cтихоплётам привет

Эмиль, Вам плюсов громадье)

Не дышать…
Только чувствовать трепет касанья…
Только, душу теплом согревая, уткнуться в плечо…
И забыть обо всём – о разлуках, о боли, прощаньях…
И не помнить, что где-то там в сердце холодная льдинка всё колет ещё…

Замереть…
Отдаваясь рукам твоим властным…
В них одних мне легко и спокойно… и нет больше бед…
И унылый ноябрь превращается в добрую сказку…
И так хочется верить, что всё это счастье продолжится тысячу лет…

Утонуть…
В этом бархатном голосе Бога…
В этом тихом молитвенном шёпоте ласковых звёзд…
Не молчи, не молчи… дай мне сказку приблизить немного…
Унеси мою память хотя б на мгновенье от горьких мучительных слёз…

Загадать…
На звезде, что качнулась над домом…
Пусть не сбудется… пусть… все равно… пока сердце поёт,
Загадаю любовь – белоснежной фатой невесомой,
Распахнув небеса, пусть летит она в свой нескончаемо-долгий полет!..

Не дышать…
Замереть… утонуть… в этом чуде…
Легкой бабочкой лунно-янтарною тронуть зарю…
И не вспомнить потом, как был путь удивительно труден…
Я люблю тебя, слышишь… я так тебя сильно и нежно, мой ангел, люблю!..

Нет ничего страшнее маски Чести…
Когда торгуют праведным лицом…
Но обернувшись, в яркой маске Лести…
Плюются вслед расплавленным свинцом…

Нет ничего отвратней маски Верность…
Ведь ей торгуют с ночи, до утра…
Ну а потом, примеривши Безгрешность…
Все каются навзрыд, на купола…

Нет ничего ужасней маски Долга…
Когда «Ура!!» из глоток напоказ…
Закрыв глаза, напялив маску Бога…
Смывают свою совесть в унитаз…

Нет ничего обидней маски Друга…
Который вроде рядом, но плечом…
Толкает вниз и в маске из Испуга…
Твоей судьбы оставшись палачом…

Нет ничего гнуснее маски Нежность…
Для тех, кто рвал кусочки из души…
Скрывая ложь под маской Неизбежность…
Аборт от правды сделав за гроши…

Все маски серы, профиль одинаков…
Так и живем, надеясь, пронесет…
Телами люди, с сердцем вурдалаков…
Лишь маска Смерти никогда не врет…

Хорошо, что забрёл на эту страницу. Ребята, вы молодцы! Хорошие же стихи.
А мне сейчас эти понравились:

Собака выла, жена ворчала,
Луна висела на небе звёздном…
И я подумал: «Начать сначала
Ещё, пожалуй, совсем не поздно.

Не пить перцовки, курить поменьше,
Заняться спортом, почаще бриться…
И стать, к примеру, любимцем женщин,
А, может даже, - мужчин любимцем.

На все вопросы найти ответы,
Расправить крылья и встать с дивана,
И жить, скитаясь по белу свету,
То Дон Кихотом, то — Дон Жуаном.

Свой дом оставив и тихий дворик,
Шагать отважно сквозь мрак и вьюгу.
Ещё не поздно, коня пришпорив,
Лететь галопом на помощь другу.

Ещё не поздно ума набраться,
(Хотя и трудно, но можно всё же)
И я вам честно признаюсь, братцы:—
Не стать подонком — не поздно тоже.

Пускай на сердце сплошная осень,
Ещё не поздно в весну поверить
И стать счастливым — не поздно вовсе,
(Ну, — попытаться, по крайней мере).

Вот вы смеётесь, а я — серьёзно…
Ещё вернётся моя Жар-Птица.
Ещё так много всего не поздно,
А значит — можно не торопиться.

Принимай себя любой...
Неуверенной, несмелой
Злой, нелепой... неумелой
Чуть сутулой.. чуть седой...
Принимай себя любой
Некрасивой и невзрачной
Полной.. тучной, неизящной
Неказистой и худой...
Принимай себя любой
Полюби свои морщинки,
Складки, прыщики, горбинки
Взгляд усталый и больной
Принимай себя любой
Разреши себе влюбляться
Плакать, злиться и смеяться
Просто быть самой собой...
Принимай себя любой
С потревоженной гордыней
Недоступной герцогиней
Иль кокеткой удалой
Или праздною лентяйкой
Иль рачительной хозяйкой
Иль ревнивою женой.
Принимай себя любой...
Добродетельной и грешной
Равнодушной... безутешной
Королевой и рабой
Полюби себя любой
И весь мир тебя полюбит
И несчастия отступят
Пред любимою тобой...

Я – Женщина-Кошка. Забыв осторожность,
ступаю бесстрашно по краешку жизни…
Я – Женщина-Кошка. Без ласки страдая,
тянусь всей душою к тебе постоянно…
Ладони твои мне приносят блаженство.
Дугой выгибаюсь, от нежности тая…
А слово «нельзя» мне совсем неизвестно.
Ты знаешь – мне можно всё то, что хочу я…
Когда прикоснешься, почувствуешь сразу
вибрацию страсти под гладкою кожей.
Доверься! Я вновь принесу только радость.
пусть даже невольную боль причиняя…
Я – Женщина-Кошка. Игра мне – стихия,
но только не чувствами и не тобою,
И ты – не мечта, ты – весь смысл моей жизни
и только с тобою я – Женщина-Кошка…

Я такая как есть и совсем не желаю меняться,
А еще не люблю я диктаторских слов "Ты должна..."
Я должна только Богу и в этом не стыдно признаться,
Да и маме с отцом...Остальным же я просто нужна :

Я нужна на работе, чтобы были в порядке бумаги,
Я нужна своим детям - в ненастье подставить плечо,
И друзьям я нужна, чтобы их поддержать в передряге,
И кому-то еще, постоянно кому-то еще.

Но не надо меня подгонять под какие-то рамки,
И не надо воспитывать или чему-то учить.
Я такая как есть...И души открывая изнанку,
Я безмолвно кричу: "Да меня надо просто любить!"

Надо просто любить, не пытаясь к чему-то примерить:
Как готовит, стирает и может ли долго молчать,
Как ведет себя на людях, станет ли росказням верить,
Чем болела?... И всё примерять, примерять...

Я умею понять, никого не виню, не ругаю.
Я умею прощать, в моем сердце ни зла, ни обид.
Я такая как есть и меняться совсем не желаю,
Но, надеюсь, меня есть за что и такую любить .

Ты правильно сказал - я очень вредная...
Хочу не первой быть и не второй...
Но ко всему...я умная и верная,
Так что, коль быть - единственной, одной!
Да, я не Ангел, угождать не создана,
Меня жизнь научила, что к чему...
И для мужчин обьект я неопознанный,
Ведь я не надлежала никому.
Да, я свободна, трепетна, ранимая,
Я первая весенняя капель...
Уму мужскому я необьяснимая,
Не прыгаю с разбега я в постель.
Да,я достойна в этом мире лучшего,
Ведь чистоту души в себе храню,
Исполнится,как по веленью щучьему...
Он мне частичку сердца...я ему

Живи! Пока тебе живётся!
Устал? Возьми и отдышись!
Упал? Держись за руку друга!
А если друга нет...Молись!
Попросят? Ты отдай, не думай.
Не оценили? Не сердись.
Закрыли дверь? Не возвращайся...
Хотят учить тебя? Учись!
Спешат предать? Не поддавайся!
А предали? Прощеньем мсти!
Открыли душу? Открывайся...
Но всё до капли не дари!
Когда-нибудь тебе придётся,
Вернуться к этим всем словам.
Живи! Пока тебе живётся!
А Бог всё видит здесь и там..

просто к каждому, новому, кто заходил на порог
она так прикипала, что насмерть, и не - отодрать,
она гладила пальчиком брови его «ты мой бог..»
и опять начинала верить, надеяться, ждать..

говорила подружкам «ну надо же, как повезло»
«это — точно последний, готовьте для загса наряд»
и вздыхала «ну, все таки есть кроме бывших козлов -
мужики настоящие... мой — из таких, говорят»

приносила богам своим в жертву — и тело, и кров,
облегчала им быт, и пампушки лепила к борщам.
«ты мой бог» говорила, « а я — твоя божья любовь»
с утюгом над рубашкой склонясь, как приходят к мощам..

только боги смеялись, от храма оставив ключи,
и приход — в единичном лице, что на кухне в слезах,
богохульствуя, в спину бессильно им что-то кричит,
а потом, уже в форточку — молит вернуться назад..

и, казалось, пора атеизм ей научный впитать ,
не творить ни кумиров, ни идолов из мужиков,
а она — продолжает..
надеяться, верить, и ждать,
пантеон собирая из глиняных битых божков..

Моя любовь была игрой - игрой без права победить.
Когда я выбился из сил, все разом встало на места.
Но я так больше не могу, и потому уйду один.
Я многократно виноват и до безумия устал.

Моя любовь не при делах. Стучит в висках нехваткой слов.
Теперь на линии ножа. Теперь на разных полюсах.
Я добровольно признаю, что ей давно пора на слом.
Я умираю каждый день - ты не пытаешься спасать.

Я лгу и верю сам себе, как будто так заведено.
Меня успела отравить твоя проклятая игра!..
И невозможность отступить... и резиньяция вином...
Но я так больше не могу. Мне надоело умирать.

Я жгу мосты, иду ко дну, кляну судьбу, схожу с ума,
Сползаю тенью по стене и забываю сделать вдох.
Моя любовь - последний ключ, ей удалось меня сломать.
Она была сильнее всех. Сильнее только мортидо.

Моя любовь сошла на нет. Ты станешь болью прошлых дней.
Я назову тебя врагом и вскрою память, как нарыв.
Моей любви пора в утиль, живого места нет на ней...
...а я так больше не могу. Прости. Я вышел из игры

Прошу прощения заранее, что много букв, да и не стихи вовсе. Может, кому-то понравится!

Кусочек сердца

Она подошла неслышно, сзади, закрыла глаза ладонями. Он вздохнул, встал с кресла, взял её руки и обернулся. Что случилось, малыш? – спросил он нежно и грустно, как всегда зная ответ. Я хочу есть – тихо сказала она, смотря ему в глаза и по-детски улыбаясь. Конечно, давай я потушу овощи, или сделаю салат. Или ты хочешь какой-нибудь суп? – сбивчиво забормотал он, все еще на что-то надеясь. Ты знаешь, чего я хочу, ласково произнесла она.
Её влюбленные глаза не мдвигались, расширенные зрачки затягивали в себя, даже ладошки вспотели от волнения. Ну хорошо, вздохнул он, и они пошли на кухню. Она села рядом, достала сигареты и тихонько закурила, не сводя с него настороженного любящего взгляда. Она даже не моргала – все смотрела и смотрела, как он повязывает передник (с Бэмби; она подарила его ему после самого первого раза, а то он закапал любимые светлые джинсы), нарочито громко гремит кастрюлями и сковородками, мокро звенит вилками и ножами в раковине. В воздухе запахло средством для мытья посуды. Она поморщилась, и он включил вытяжку. Как ты хочешь сегодня? – спросил он громко из-за шума вытяжки. Её лицо осветилось улыбкой, которую он так любил - пока её не стало вызывать только одно. Теперь он её боялся и старался не смотреть. Наверное, с картофельным пюре и грибами, медленно сказала она. Потом, подумав, добавила – ты только не обижайся. И затянулась сигаретой. Не буду, сказал он. – Но, может, все-таки не сегодня? Давай хотя бы через пару дней, а? Ведь так мало осталось…а пюре с грибами я тебе и так сделаю. Вкусное.
Она непонимающе посмотрела на него.
Да нет, ничего, вздохнул он. И стал чистить картошку.
Пока жарились грибы, он готовил соус и салат. Он мог сделать все быстрее, но старался оттянуть самое последнее, то, что ей было от него нужно. Руки делали все сами, он ни о чем не думал. Просто тщательно нарезал огурцы и помидоры, смешивал грибы с луком, помешивал пюре деревянной ложкой. Он ни разу не обернулся, но знал, что она курит и следит за каждым его движением. И болтает ногами.
Огромное фарфоровое блюдо (он всегда удивлялся, как в неё, такую худенькую и маленькую, столько влезает) постепенно заполнялось океаном желтого пюре, на котором чернели горы из грибов и салата. Я как бог из каких-нибудь чукотских мифов, хмыкнул он про себя, забывшись. Какая-нибудь Великая Утка или Морж-Отец. Ну или…И осекся, вспомнив, что ему сейчас надо будет сделать.
Наконец, он напустил на свой мирок дождь из кинзы и петрушки. Придирчиво посмотрел, нет, вроде бы все. Что ж, пора.
Он достал из ящика стола огромный зазубренный нож. Какая прелесть, захлопала она в ладоши, увидев его когда-то на витрине. ДЛЯ-О-МА-РО-В – по слогам прочитала она и улыбнулась - это мой подарок тебе на все дни рождения, которые я пропустила из-за того, что мы не были знакомы…мой крабик. И мило хихикнула. Он впервые воспользовался им тем же вечером. Удобно – заботливо спросила она. Ещё бы, натянул он резиновую улыбку под мертвые глаза, совсем другое дело. Вот что значит техника. Она поцеловала его в губы, и они занялись любовью прямо на столе. Да…тогда они ещё трахались, с грустью вспомнил он. А теперь ей от меня нужно только одно. Ладно, неважно. Раньше начну, быстрее кончится.
Он снял майку и аккуратно сложил её на стуле. На столе уже стоял маленький тазик; он склонился над ним и приставил кончик ножа к одному из бесчисленных шрамов на груди. Резко выдохнул и с силой надавил. Сзади сдавленно ойкнули – она никак не могла привыкнуть. Тело как будто плюнуло кровью, она хлюпнула об дно тазика одним комком, за которым сразу зажурчали тугие струйки; с таким же звуком бабушка выдавливала молоко из коровы в ведро, когда он был маленьким и жил в деревне. Он улыбнулся, вспомнив вкус парного молока, и тут же почувствовал солёный едкий запах собственной крови. Его чуть не стошнило; он побледнел и зацепил зазубринами ребра. Действуя лезвием как рычагом, он расширил дыру в груди достаточно, чтобы залезть туда рукой и вытащить сердце.
То есть то, что от него осталось.
Неуклюжий бесформенный обрубок оказался совсем маленьким. Этот кусочек его души бился абсолютно бесшумно, и ему показалось, что у него на руке сидит маленькая морская свинка, испуганная, с черными глазками-бусинками, и дрожит, дрожит, дрожит…Он снова вздохнул, ощущая вспотевшей спиной жадный и любящий взгляд.
Пожалуй, тут только на два раза и осталось, думал он, взвешивая на ладони когда-то большое сердце – как обычный шмат мокрого мяса. Потом – была не была – положил его на деревянную доску, где уверенно разрезал на два куска, один чуть больше другого. Тот, что поменьше, он осторожно положил обратно в дыру между ребрами. Грудь захлопнулась как устрица, втягивая боль обратно в себя.
Она беззвучно поднялась и тронула его за плечо. Он медленно повернулся, и она нежно слизала кровь, оставшуюся на коже и ноже. Как пенки, которые я выпрашивал, когда мама делала варенье – против воли улыбнулся он, и она ответила ему любящей улыбкой, от которой он не успел отвернуться.
С каким-то злым остервенением он начал нарезать оставшийся кусок на тонкие полоски, глубоко вдавливая нож в дерево. Потом положил их на край блюда и поставил все это на стол перед ней. Ешь, а то остынет – строго сказал он. Хорошо, любимый, ответила она и изящно взяла вилку.
Он сидел напротив и смотрел, как она ест.
Вкусно? - спросил он, когда блюдо снова стало белым. Ещё бы, облизнулась она и посмотрела на него голодными глазами. Только мало – и вытерла салфеткой струйку крови из уголка рта. Солнце, но ведь почти ничего и не осталось, терпеливо проговорил он. Я знаю, жалобно протянула она. Но, может, ещё хоть кусочек? Пожалуйста…очень-очень хочется. Он вздохнул. Там на один раз и осталось, любимая. На последний, понимаешь? Ага, грустно вздохнула она. Так мало…жаль, у тебя такое вкусное сердце. Самое-самое вкусное. Ты самый лучший. Я так тебя люблю.
Я тоже тебя люблю. Можно твою сигарету?
Они с ментолом.
Да какая разница.
Он вышел на балкон и затянулся холодным ментоловым дымом. Ну вот почти и все, сказал он засыпающему Городу. Ты извини, но осталось только на раз. Ну, может, на два. И все – как мне жить без сердца? Так что я скоро уйду…ты тут не скучай без меня, ладно? И позаботься о ней, хорошо? Она же не виновата, она хочет как лучше. И я ведь её люблю…
Он затянулся ещё раз и подумал, как хорошо, что это не последняя сигарета. Я бы тогда стоял, пытался ей насладиться как-то особому, думал о чем-то грустном. Пафосно так, сентиментально. А сейчас я просто курю, потому что впереди есть ещё немного жизни, немного времени, которое можно тратить. Хотя бы на то, чтобы просто курить.
Он бросил окурок, и тот маленькой звездочкой полетел с балкона. В этот момент что-то острое ударило его под лопатку. Резкая боль парализовала его тело, он не мог пошевелиться, а острые птичьи когти сжали его сердце и выдрали наружу. Он согнулся от боли, и что-то сильно толкнуло его через стекло, вниз, к Городу, на холодную улицу. В полете он перевернулся на спину и увидел, что она держит в руке последний кусок его сердца. Она улыбнулась ему самой красивой и самой любящей из улыбок.
Он упал на промерзший асфальт и битое стекло. Дыра в спине точно накрыла недокуренный им бычок, и тот сжигал живое мясо. Все его кости были переломаны, гниющая боль пульсировала во всем теле, он не мог пошевелиться – но он был жив, пока живо было сердце. Я люблю тебя, прошептал он, глядя на единственный огонек высоко вверху – окно кухни. Доедай, и я, наконец, высплюсь, подумал он, коченея от холода. Но время шло, свет в окне погас, а он все дышал и дышал, и его волосы покрывались инеем.. Наверное, ты оставила немного на потом, любимая. Глупая…я бы и так отдал тебе все до конца, неужели ты не поняла, любимая? Просто я не хотел, чтобы у тебя заболел животик…только и всего. А ты меня опять не поняла, думал он, и корчился от холода, и сгорал от боли в переломанных костях, и шептал вверх – любимая, любимая, люблю тебя…
Последний кусочек сердца она съела на завтрак. Он умер с открытыми глазами, улыбаясь, и его улыбка немного растопила холодное февральское небо.
__________________

Любовь и влюблённость

Наверное, нет на свете человека, который бы не мечтал о настоящей любви… И, вот, однажды мы встречаем человека, как нам кажется, своей мечты и влюбляемся в него.

Нам хочется быть с ним рядом каждую минуту. А если находимся в разлуке, то так сильно скучаем, что не находим себе места.

Африканская страсть - совсем не обязательная спутница любви, она скорее говорит о влюблённости.

Любое чувственное желание рано или поздно удовлетворится, со временем люди привыкают физически друг к другу, и накал страстей переходит в более спокойное русло.

Раньше было распространено мнение, что влюблённость - это первый этап настоящей любви. Теперь же психологи пришли к мнению, что любовь и влюблённость никак не связаны друг с другом.

Они утверждают, что влюблённость – это всего лишь животный инстинкт продолжения рода.

А любовь - это талант, если хотите,- гений.

Точно так же, как не каждый может стать гением в науке и искусстве, так и мало кому удаётся достигнуть гениальности в любви.

И всё-таки любви можно научиться. Так, замечено, что дети, выросшие у любящих родителей, потом сами создают семьи, где царит искренняя любовь между супругами.

Наверное, и во взрослом состоянии человек способен научиться любить, если он меньше будет суетиться, потакать своему эго, не считаясь с чувствами другого человека.

Как же всё-таки понять, любовь это или влюблённость?

Когда по-настоящему любишь одного человека, то другие люди уже как будто не существуют. Он - единственный и неповторимый. Сравнивать его с кем-либо кажется неслыханным кощунством.

Быть же влюблённой вполне можно и в одного, и в двух, и более…

На мой взгляд, если человек действительно любит, то думает, прежде всего, не о себе, а о благополучии любимого.

Ради любимого он может даже отказаться от союза с ним, если любимому будет лучше с другим человеком.

Настоящая любовь способна жертвовать собой. Тот, кто любит, никогда не ждёт благодарности от любимого человека, не считает, сколько сделал он, и сколько для него сделал любимый. Настоящая любовь - бескорыстна.

Настоящую любовь невозможно описать словами, поэтому ей обычно чуждо красноречие.

А, вот, славословие влюблённых часто напоминает павлиний хвост…

Влюблённость тает даже от короткой разлуки, как тонкий весенний лёд на лужах от одного взгляда солнца.

Любовь же в разлуке, наоборот, крепнет.

Любящий не старается переделать любимого, он воспринимает его таким, каков он есть.

Когда говорят, что любовь слепа – это всё-таки о влюблённости…

Как прозреет, так разлюбит.

Любовь же видит недостатки своего любимого, но прощает их, вернее эти недостатки не мешают любить и быть счастливым.

Попробуйте представить себя стариками…

Хотите ли вы всю жизнь прожить рядом именно с этим человеком и стареть рядом с ним?

Если да, то, скорее всего,- это любовь…

Любовь - это не только, радость, наслаждение, но и большая ответственность за другого человека. Поэтому на настоящую любовь способны только зрелые личности, как в физическом, так и в духовном плане

Я Вас хочу…Вот это - попка!
Мечта поэта! Дивный сон…
Я взглядом Вас касаюсь робко,
Античной линией пленен.

Пожалуйста, снимите брюки!
Мир должен видеть красоту!
Не оскорбят мужские руки
Девичьей попки чистоту.

Божественно…Проникнуть в тайны!
Воздушно бедра целовать…
И трусиков, ажурных, ткани
Пленительно падут опять.

Природы чудное творенье
Передо мной открыла ты!..
И я пишу стихотворенье
На полушариях мечты.
Я Вас хочу!И Вы согласны…
Нас небо выбрало двоих.
Пусть попки женские опасны...
Но сколько радости от них

На вечность ты пришла иль на мгновенье.
Закат мне подарила иль зарю.
Ты сокровенность или откровенье.
Я все равно тебя благодарю.
Благодарю за то что все возможно,
и не возможно совершить уже.
Благодарю за то что так тревожно
и ясно так сейчас моей душе.
Благодарю за горькое молчанье.
За сладкую бессонницу ночей.
За жгучее в глазах моих сиянье,
и за сияние слезы моей.
Тебе на встречу простираю руки.
На встречу неизвестности иду.
Что ты несешь мне радость или муки.
Что ты сулишь мне, счастье иль беду.
Пусть не взлечу с тобой я на вершину.
Путь в небеса с тобой я вспарю,
а в бездну кану и безизвестно сгину.
Я все равно тебя благодарю.
Фазу. Алиева.

Ты мне нравишься, и это мне не нравится,
А под руками клавиши поют мотив любви,
Ты мне нравишься, и это мне не нравится,
Пройдусь с тобой по краешку
Над пропастью молвы.

Прогулки по тонкому льду,
Прогулки по минному полю,
И вот на свиданье к тебе
Я иду, несу свою радость и боль.
На счастье иль на беду
Ты сделала шаг мне на встречу,
И вот на свиданье к тебе я иду
В холодный сентябрьский вечер.

Ты мне нравишься, и это мне не нравится,
А под руками клавиши поют мотив любви.
Ты мне нравишься, и это мне не нравится,
Пройдусь с тобой по краешку
Над пропастью молвы.

Холодные струи дождя -
Компресс воспаленному мозгу,
А может быть, всё, всё это зря,
А может, иду я не в ногу.
На счастье иль на беду
Ты сделала шаг мне на встречу,
И вот на свиданье к тебе я иду
В холодный сентябрьский вечер.

Ты мне нравишься, и это мне не нравится,
А под руками клавиши поют мотив любви.
Ты мне нравишься, и это мне не нравится,
Пройдусь с тобой по краешку
Над пропастью молвы.

А ты мне нравишься такой:
Весёлый искренний и свежий,
без недостатков, дорогой...
И очень нежный, очень нежный.

Пусть на тебя находит спесь,
И как индюк ты хвост топорщишь.
Но всё равно ты мил мне весь!
Проси, что хочешь, что захочешь.

Перебираю прядь волос,
Мне на тебя не наглядеться...
Я понимаю, что ты гость,
Случайный гость в открытом сердце.

Почему так жесток снег, оставляет твои следы
И по кругу зачем бег, и бежишь от меня ты.
Не дает до утра спать, снег растаявший, он - вода,
Ты одно только должен знать, я люблю тебя навсегда

Не дает до утра спать, снег растаявший, он- вода,
Ты одно только должен знать, я люблю тебя навсегда.

Почему голоса звезд в полумраке едва слышны?
Ветер слезы дождя принес, только слезы мне не нужны.
Разучилась смотреть вдаль, разучилась считать до ста,
Разучилась любить февраль, он украл тебя навсегда.

Разучилась смотреть вдаль, разучилась считать до ста,
Разучилась любить февраль, он забрал тебя навсегда.

Расстаются когда ложь, засыпают когда тьма,
И по телу когда дрожь, разрешает сводить с ума.
Если хочешь идти - иди, если хочешь забыть - забудь,
Только знай, что в конце пути ничего уже не вернуть.

Если хочешь идти - иди, если хочешь забыть - забудь,
Только знай, что в конце пути никого уже не вернуть.

Привет милая красотка)) ты прелесть, соответствуешь прекрасной погоде, предлагаю романтическое знакомство)))

Профайл удален...
Какая-то необъяснимая тоска одолевает, когда вдруг видишь эти слова - ,,профайл удален''... На месте вчера еще живого разговорчивого человека - мертвая пустота... Горстка серого пепла, как кто-то сказал... Неожиданно появившийся из ниоткуда человек странно становится частью этой твоей виртуальной жизни... Ты привыкаешь к его присутствию, к его характеру, придаешь ему уровень значимости и наделяешь его маленьким местечком в своей душе...
А потом вдруг раз, и нет его! Одни бездушные буквы... И возникает чувство потери... И горечи... От того, что не успел сказать ему много теплых важных слов, или просто улыбнуться... Все как в жизни... И ты никогда уже не узнаешь его судьбу...

Спешите восхищаться человеком, ибо упустите радость...

Как приятно, что тебе посвящают сихи, хоть и не собственного сочинения. Не могу не поделиться такими красивыми строчками.
den69, спасибо,мне очень понравилось!!

Растрепать твои волосы пальцами нежно,
Написать снова имя губами на коже,
И любовью беречь тебя свято и грешно,
Удивляясь – ну как мы с тобою похожи!
Гладить тонкую спину рукой осторожно,
И смотреться в глаза, и тереться носами,
Отдаваться и брать твоё тело безбожно,
Каждой клеточкой чувствуя божье над нами.
И дышать этой нотой, и слиться дыханьем,
Потерявшись навек между цветом и звуком,
Возведя понимание над обладаньем,
И прошить это намертво сдвоенным стуком.
Расстелить ночь как простынь, и за облаками
Обнажённое чувство застенчиво прятать,
И искать, как всё выразить это словами,
И опять не найти... и от счастья заплакать...
Ну а если мы оба в плену наважденья?
Я боюсь, что однажды ты сможешь проснуться...
Дай мне, Господи, сил на твоё отреченье
Промолчать, и лишь, горько в ответ улыбнуться...

Я обниму тебя, если позволишь,
Я стану дымом твоих сигарет,
Я буду ветром, несущим твой парус,
Цветком нечетным украшу букет.

Ногами стану, когда устанешь,
Глазами волка, когда темно,
Асфальтом ровным, если поломка,
Иль лучше сразу твоим авто.

Я буду голосом, если охрипнешь,
Руками, если придется бить,
Монетой, что не бывает лишней,
Водой, когда захочется пить.

Я стану штилем в шторма любые,
Булавкой, если ногу сведет,
И одеялом в морозы злые,
И еще тем, кто никогда не уйдет

Спасибо, за прекрасные строки!

А есть потрясающие стихи Маргариты Пас Паредес, которые стали нашим семейным гимном.
Есть остров - тихий на просторе,
Где люди забывают страх.
Вокруг него надежды море,
И ждут сирены на волнах.
Есть остров, где ночной простор,
Алтарь любви в небесной сини...
Зеленый бархатный ковер
Питают капли дождевые..
Тот остров нам найти осталось,
Но кто же вспомнит о чем мечталось
Одной мечтой тебе и мне...
Есть остров, он готов к отплытию,
Подобный детскому наитию
Его мы видели во сне...
Там будет все совсем иначе,
"Я верю будущей удаче,
Ты из мечты пришла ко мне..."
"Ты из мечты пришел ко мне..."
Есть остров.
А муж у меня написал абсолютно потрясающую музыку!!!

Все были ранены когда–нибудь любовью.
Подранки все… Но кто–то ощутил,
Всю слабость истекающего кровью,
А кто – то – лишь слегка. И позабыл.

Все ранены хоть малостью - любовью
Хоть взглядом, хоть улыбкой, хоть слезой.
Но кто то– навсегда сроднился с болью,
А кто – то вмиг почти обрел покой!

Все были ранены. Когда–нибудь. Любовью.
Но кто–то, усмехнувшись, в небо взмыл...
И к новому склонился изголовью…
А кто – то об осколки жизнь разбил!

Все были ранены. Кто больше, кто поменьше…
Когда–нибудь. Хоть каплю, все равно!..
А кто любовью ранен, тот - безгрешен!
Так в Библии написано. Давно...

... Я очнулся тогда на столе у врача -
Я был крепко привязан к столу,
Врач, дыша перегаром и тихо ворча,
Удалял мне из сердца стрелу.
Ни наркоза, ни дружеских слов -
Ничего он мне не предложил.
Лишь глазами сверкал из-под сильных очков
Да менял то и дело ножи...

Он рассказывал мне то, что видел он сам -
Он просил меня: "Ты не забудь!", -
Как из лука какой-то крылатый пацан
Прострелил мою бедную грудь.
Я смеялся над ним окровавленным ртом:
-Это глюки, ты пьян был старик!
Клялся он матерясь, что напился потом,
Плакал он и срывался на крик.
И холодный рассвет засветился в окне...
Я вдруг понял, внимая ему:
Он завидовал мне... Он - завидовал мне!
А чему - до сих пор не пойму...

Не болит... Ничего не болит,
Зажила потихонечку рана,
И на сердце ни слёз, ни обид,
Ни тоски, ни хандры, как ни странно.
И на сердце лишь шрам небольшой,
Он ещё называется - "память",
Ну, а то что считалось душой
И взлетать разучилось и падать.
Ничего не волнует уже...
Места нет ни Мечте, ни Надежде.
Даже кровь на крутом вираже
В моих венах не стынет как прежде.

Не хочу... Я так жить - не хочу!
За окном будто вечная ночь,
И бреду я обратно к врачу,
Только он мне сумеет помочь.
Я налью ему водки стакан,
Отыскать помогу я очки,
Пусть он будет немножечко пьян,
Пусть он будет излишне ворчлив.
Я его попрошу об одном:
Мою боль мне обратно вернуть.
И гляжу я сквозь ночь за окном,
Я давно не пытаюсь уснуть.
... Врач меня попытался унять,
Мне на душу компресс приложив...
Только боль позволяет понять,
То что ты ещё всё таки жив!..

Подари мне Бог ЭТУ женщину
и не дай никогда ЕЙ опомниться.
Я за каждый вздох, с НЕЮ скрещенный,
заплатил тебе больше, чем сторицей.
Одолжи мне, Бог, ЕЁ горести,
если станут они неизбежностью,
Чтобы мог финал ЕЁ повести
я украсить заботой и нежностью.
Укажи мне, Господь, грусти трещины
на душе ЕЁ, слишком доверчивой.
Я люблю, я хочу ЭТУ женщину.
Вот и всё, - больше мне просить нечего….
Помоги мне, Бог, стать единственным,
пусть не первым, но лучшим и стоящим
ЕЁ нежных губ, глаз таинственных,
поцелуев ЕЁ, как сокровища.
Подскажи ЕЙ, Бог, что я – суженный,
ЕЁ брат, ЕЁ муж, ЕЁ копия.
Не случайный друг, не отдушина,
не ночей одиноких утопия….
Дай же сил нам ждать, дай терпения
ведь длинна к Тебе, Господи, очередь...

В день 9 мая, хотел что то связанное с ним стих здесь написать, но прочитал стихи, которые я пишу ниже, и подумал, что и Вам понравится

Ходит наша бабушка,
Палочкой стуча.
Говорю я бабушке:
- Позови врача!
От его лекарства
Станешь ты здорова!
Если будет горько, -
Что же здесь такого?
Ты потерпишь чуточку,
А уедет врач,
Мы с тобой на улице
Поиграем в мяч!
Будем бегать, бабушка,
Прыгать высоко!
Видишь, как я прыгаю?
Это так легко!
Улыбнулась бабушка:
- Что мне доктора?
Я не заболела,
Просто я стара!
Просто очень старая,
Волосы седые.
Где-то потеряла я Годы молодые.
Где-то за огромными
За лесами тёмными,
За горой высокою,
За водой глубокою.
Как туда вернуться,
Людям неизвестно…
Говорю я бабушке:
- Вспомни это место!
Я туда поеду,
Поплыву, пойду!
Годы молодые
Я твои найду!

Дерзкая нежность граничит с блядством…
Бешеный кросс минут…
Только не надо в меня влюбляться…
Просто останься… Ну?..

Мается маятник [как шаблонно…],
Словно взбивает тыл…
Пьяные звезды ныряют в лоно
Мнительной темноты…

Шаг… Этот шаг… Он почти сакрален…
Перекрести… Спаси…
Ночь по-пластунски ползет с окраин…
Я отпущу такси…

Встретятся пальцы… На грани фола…
Чтобы уйти в приват…
Слышишь, над нами хохочет Воланд –
Так, что трясется Ад…

Небо для падших - совсем иное…
[Значит, пора взрослеть…]
Мчимся по встречке [а кто виновен?..]
В пропасть – на красный свет…

Частное счастье с налетом глянца –
Внутриутробный яд…
Только не надо в меня влюбляться…
Хватит того, что я…

Коньяк, пять звезд и малые сигары,
Учусь играть в циничную игру,
Рассматривать сложившиеся пары,
Как мотыльков подсевших на иглу.

Пиджак не прост, часы и все такое,
Мужской набор, но это для девиц,
Вполне могу порушить и святое…
Хотите страсть, тогда падите ниц.

Души не чаю, души для поэтов,
А я пишу легко и на заказ,
Коль вы не против перечня запретов,
Сегодня на ночь выбираю вас!

Запрещено! Не лезьте в мою память,
Без всяких «жаль», ни слова о любви,
Все остальное можете забанить,
Но утром ставим точечку над «i».

За это все, я буду самым нежным,
Вас привлекает трепетом заря?
А я ведь был таким, когда был прежним,
Поверьте, вы поверите… и зря!

очень понравилось-поделимся
Изгиб загорелого тела,
Касания ног и груди…
Сначала воздушно, несмело -
Сближенье еще впереди.
Пьянят незнакомые ласки,
И взгляды стоящих вокруг...
Ты ищешь, невольно, подсказки,
От чьих-то протянутых рук.
Сначала касаетесь нежно,
Потом поцелуи, кивки…
И с кем-то легко, неизбежно
Становитесь сразу близки.

ВОЗЬМИ МЕНЯ,НЕ БОЙСЯ НЕ РОБЕЙ!
Я ПОКАЖУ ТЕБЕ,КАК Я ЛЮБИТЬ УМЕЮ!
И СТРАСТЬ МОЯ,СРЕДЬ ТЫСЯЧИ СТРАСТЕЙ
ПРИВОДИТ ТЕЛО В ДРОЖЬ,ОТ ЛАСК МОИХ ХМЕЛЕЯ!

ВОЗЬМИ МЕНЯ...А ГУБЫ СЛОВНО МЕД
НЕЖНЕЕ ВСЕХ НА СВЕТЕ,МИЛЫЙ,ВЕРИШЬ?
Я РАСТВОРЮСЬ В ТЕБЕ,КАК СОЛНЦЕ ТОПИТ ЛЕД!
ТАК,МИЛЫЙ,ЧТО ТЫ МНОЮ ЗАБОЛЕЕШЬ!

ВОЗЬМИ МЕНЯ ГДЕ ХОЧЕШЬ...НЕ СДЕРЖАТЬ
ТУ ДРОЖЬ ПО ТЕЛУ,ЧТО СИЛЬНЕЙ ВУЛКАНА!
ТВОИХ ГОРЯЧИХ РУК МНЕ НЕ РАЗЖАТЬ...
Я НЕ УСТАНУ,МИЛЫЙ,НЕ УСТАНУ!

И ТОЛЬКО ТЫ И Я...И СТОН ПРОНЗАЕТ НОЧЬ!
И МЕРКНЕТ СВЕТ И СЕРДЦЕ НА ЛАДОНИ!
ТЕПЕРЬ И Я-ЧАСТИЧКА ЖИЗНИ ТОЙ...
КОТОРУЮ ОТДАМ ТЕБЕ С ЛЮБОВЬЮ.

Я ТАК ИСТОСКОВАЛАСЬ ПО ЛЮБВИ,
ПО ЛАСКЕ, ПО ПРИКОСНОВЕНЬЮ.
ХОТЯ БЫ ЧУТОЧКУ, ХОТЯ БЫ НА МГНОВЕНЬЕ
МЕНЯ С СОБОЮ ВДАЛЬ ТЫ ПОЗОВИ.
ТЫ ПОЗОВИ ТУДА, ГДЕ ДАЛЬ БЕЗБРЕЖНА,
ГДЕ НАДЫШАТЬСЯ ВОЗДУХОМ НЕЛЬЗЯ.
ТЫ СКАЖЕШЬ МНЕ ТАК ЛАСКОВО И НЕЖНО,
КАК ПЛОХО ЖИТЬ НА СВЕТЕ БЕЗ МЕНЯ.
И Я СЛОВАМ ТВОИМ ПОВЕРЮ,ПОНИМАЯ,
ЧТО ЭТО ЛОЖЬ,ЧТО ЭТА СКАЗКА НЕ НОВА.
НО ТАК УЖ ЖЕНЩИНА УСТРОЕНА ЛЮБАЯ-
НАИВНАЯ ДО ОДУРИ ОНА.

Чужой... Иногда я об этом чуть-чуть забываю
Иногда растворяюсь в безумно-кофейных глазах
Не мой... Черт возьми, пусть не мой! Я же знаю
Все неважно, когда твои руки в моих волосах

Когда губы так грешно целуют горящее тело,
Когда каждая клеточка просит - еще, хоть чуть-чуть!
Я навстречу тебе открываюсь так нежно, так смело
Понимая, что в этом - всего мироздания суть...

И ни совесть, ни страх не проснутся в такое мгновенье
Нам никто и ничто не посмеет сейчас помешать
Упиваюсь тобой. Твоим телом. До самозабвенья!
Я без запаха кожи твоей разучилась дышать...

Я не знаю в чем смысл, я теряю прописанность истин
Ты мой друг и ...любовник..? Какая гремучая смесь!
Телефонный звонок разрывает наш мир, словно выстрел
Вспоминаю - чужой... Изощренная, тонкая месть...

Не люблю, не ревную, и, даже, не жду продолженья
Наши жизни всегда будут течь в параллельных мирах
Но ведь даже на солнце порою бывают затменья...

Все неважно...Когда твои руки в моих волосах...

У нас говорят, что, мол, любит, и очень,
Мол, балует, холит, ревнует, лелеет…
А помню, старуха соседка короче,
Как встарь в деревнях, говорила: жалеет.
И часто, платок, натянувши потуже
И вечером в кухне усевшись погреться,
Она вспоминала сапожника-мужа,
Как век он не мог на неё насмотреться.
- Поедет он смолоду, помнится, в город,
Глядишь – уж летит, да с каким полушалком!
А спросишь: чего, мол, управился скоро?
Не скажет… Но знаю… меня ему жалко…
Зимой мой хозяин тачает, бывало,
А я уже лягу, я спать мастерица,
Он встанет, поправит на мне одеяло,
Да так, что не скрипнет под ним половица.
И сядет к огню в уголке своём тесном.
Не стукнет колодка, не звякнет гвоздочек…
Дай бог ему отдыха в царстве небесном! –
И тихо вздыхала: - Жалел меня очень.
В ту пору всё это смешным мне казалось,
Казалось, любовь, чем сильнее, тем злее,
Трагедии, бури… Какая там жалость!
Но юность ушла. Что нам ссориться с нею?
Недавно, больная бессонницей зябкой,
Я встретила взгляд твой – тревога в нём стыла.
И вспомнилась вдруг мне та старая бабка, -
Как верно она про любовь говорила!

Что такое: пьет и пьет
Что за ребенок растет?
Пивная бочка вместо милой дочки
Страшно ругается, песни матершинные поет
Волосы крашенные, на носу угревые точки.
В кармане блеск для губ, в сумочке сигареты
Перебивают запах сладкие конфеты
Длинные ногти, крашенные черным лаком
За месяц спрыскала мамин дорогой парфюм
Юбочка короткая, чулочки в дырочку
Кукла разукрашенная, клейте бирочку
Приличная особа, просто не отдается
К дяденькам незнакомым в машину не садится
Знает не понаслышке чем это кончится
Немного поломается, в итоге согласится
С зрелыми мужиками играет как лисица
Чем это кончится? Что из нее получится?

Я малолетняя дочь, убери руки прочь
Меня всё это парит, я убегу в ночь
Собери по частям, закрой мне рот скотчем
Я непослушная очень, смущаться незачем

-Где ты сегодня шлялась? Что за подруга Светка?
На джипе с ней каталась? Мне рассказала соседка
Смотрись в зеркало, тоже мне кокетка
Для лысых мужиков ты сладкая конфетка
-Мама, отстань, что тут такого?
Выпила немного пива, съела мало,
Вот и стою криво
Красиво жить не запретишь сама мне говорила
А я теперь счастливая, нашла себе Данила
Завтра выбираю платье, свадьба совсем скоро
Щас иду спать я..устала от разговора
-Дура! Ты малолетняя! Правду о тебе сказали!
Не верила сплетням я, выходит не соврали
Видимо плохо воспитала, недоглядела
Я же тебе, родная, только добра хотела
Кормила, одевала, любила как могла
Дочь опустила голову и заплакала

Я малолетняя дочь, убери руки прочь
Меня всё это парит, я убегу в ночь
Собери по частям, закрой мне рот скотчем
Я непослушная очень, смущаться незачем

Незачем…незачем…

Почему не плачут мужики?
Почему, когда хоронят друга,
Не ревут дурниной от тоски,
Навзничь рухнув наземь среди луга?
Распугав беспечных мотыльков,
Почему не содрогнутся плечи?
Чтоб тоска дошла до облаков,
До краев земли, до бесконечных?
Почему, когда ушла жена,
Не орут шальными голосами?
Просто курят молча у окна,
Впившись в двери мертвыми глазами.
И когда война и смерть, и кровь –
Главные на том и этом свете,
Толпы молчаливых мужиков
В тишине проходят по планете.
И ни всхлипа, ни одной слезы.
Только руки, сжавшись, побелели…
…Есть, поверьте, веская причина.
В одиночестве, в кромешной темноте,
Плачут настоящие мужчины.

Она не вернётся. Ей нечего больше здесь ждать.
Хрустальным тюльпанам на память следы от помады.
Тебе – тонкий шлейф аромата, с горчинкою мяты
И ключ запасной, от квартиры под номером пять.

А помнишь, как было? Как в баре, что там, за углом,
Ты ей предложил полетать по-над городом спящим.
И после, когда ты не ждал, когда был настоящим,
Она находила сама твой блуждающий дом,

Где каждую ночь, ноготками, одетыми в беж,
Она рисовала тату на твоей белой коже.
О, как ты был глуп! Как наивно, по-детски, восторжен,
Что можно любить, не даря беспокойных надежд!

Ты сам говорил ей, что ветру не нужно любви.
Ты сам говорил. Даже больше: ты сам в это верил.
А нынче не так. Всё не так. И за запертой дверью
Бессрочная боль остаётся твоим визави

Зашел Иван под
вечер к Саре
О том, о сем поворковать;
Сыграл сначала на гитаре,
Потом давай к ней приставать.
«Иван, да как же это можно?
Ведь я Абрамова жена!»
«Дык, ведь и я женатый тоже,
Не ты семейная одна.
Послушай, Сара, вот пять тысяч
Тебе. Исполни мой каприз;
Пока Абрама нет в наличии,
Ты покажи мне хоть стриптиз…»
« Тебе таких деньжищ не жалко
Меня лишь ради? Ну, дела!»
И Сара, вовсе не весталка,
Тотчас разделась догола.
«Ну, получай, раз заслужила…
Но как теперь мне дальше жить?
Меня ты очень возбудила,
А значит надо согрешить!
Есть у меня еще пятнадцать,
Бери! Замолим грех потом.»
Осталось Саре только сдаться,
Уж не жалея ни о чем…
Пришел домой Абрам рогатый,
Сел на диван совсем без сил.
Спросил: «Иван мою зарплату
Тебе сегодня приносил?»

В командировочке по службе
Был коллектив когда-то дружный.
И как бы, просто пошутив,
Подбросили презерватив
Майору, скучному коллеге,
Домой вернувшись и не ведал,
Что ждет его такой подвох.
Жена за чемоданы - "Ох!
Что ЭТО?!" Был находчив муж,
Сказал: "не кипятись, Валюш,
Нам ЭТО выдавали всем,
Свой не использовал совсем".

Потом неделю гарнизон
Колбасило, как страшный сон
Допрос мужей, большой скандал:
"Куда презерватив девал?!"

Попали мужики на божий суд
Предупредили их, чтобы не врали,
Вопрос один всем был, про блуд:
"Жене своей как часто изменяли?"

Супруге верен я - ответил первый,
Всё время был и слыл примерным мужем,
Наградой ему стал роскошный "Бентли"
- Бери и пользуйся, тобою он заслужен!

Второй сознался: "Разочек изменил,
Всё остальное время ночевал я дома"
За это он в награду получил
"Ладу-Калину" - чудо автопрома.

Как ни хотелось третьему соврать,
Но правду судьям рассказал он тоже.
- Поскольку редко приходил ты ночевать,
Мы презентуем тебе старый "Запорожец"....

Два первых рассекают на авто,
Довольны всем, а третьего всетречают,
Он хмур, невесел... "Печален так чего?
Ведь не пешком же ходишь ты по раю!
Иль поломался "Запорожец" твой?
С ремонтом подмогнём, не огорчим отказом!!!"
- Да, нет, - мужик качает головой-
Жену здесь встретил... ОНА НА РОЛИКАХ, зараза!

На улицах и площадях,
В подземке и очередях,
В библиотеке и толпе –
Мечтаю только о тебе.
В рассветной дымке сентября
Брожу, заранее любя,
Гляжу вокруг ппо сторонам –
Не разминуться б только нам –
Ищу тебя, моя любовь!

Ищу который год подряд,
Перехожу из града в град,
Перелетаю за моря.
Я верую: не зря, не зря
И глубина и высота,
Куда меня зовет мечта,
Предощущения полны:
Мы скоро встретиться должны –
Ищу тебя, моя любовь!

Куда пойду теперь, куда?
Веди, зеленая звезда!
Пойду на твой далекий свет –
Мне буз любви и жихни нет.
Звезда моих счастливых дней,
Веди меня, к любви моей,
Чтоб мне хотя б в прощальный час
Счастливым быть в последний раз –
Ищу тебя, моя любовь!

Чем пахнет мужчина, знакомый едва?
Шампанским. Прогулкой. Цветочной пыльцой.
И кругом от этих мужчин голова,
Так пахнущих утром, зарей и росой.

Чем пахнет мужчина, идущий на штурм?
Идеями. Ужином. Клубом. Дарами.
Прибоем, несущим прохладу и шум,
Обещанным солнцем в нагрудном кармане.

Чем пахнет мужчина, согревший постель?
Доверием, силой и слабостью сразу.
Мелодией той, что играет свирель,
И ласковым сумраком в смеси с экстазом.

Чем пахнет мужчина, желанный тобой?
Бассейном из роз с тишиною на дне,
Надеждой, теплом, пеньем птиц и мечтой,
И страхом потери, пришедшим во сне.

Чем пахнет мужчина, достойный тебя?
Надежностью. Верностью.
Пылом и страстью. Любовью, разлитой за неба края,
И круглыми сутками полного счастья...

Теперь мне некому писать ночами,
И больше некому сказать «привет»,
Он словно ничего не замечает,
Ему не нужен больше мой ответ.

Я чувствую предательские слезы,
Как будто в жизни что-то не срослось,
Остались в прошлом сладостные грезы,
В душе теперь все будто вкривь и вкось.

Теперь другая в его сердце муза,
Другой он пишет то, что посвящал когда-то мне,
Недолог век был нашего союза,
Я уступила ей в этой немой войне.

Мне незачем за это все бороться,
Со мной ему не будет счастья на земле,
Вот только почему-то сердце сильно бьется,
И снится, что опять спешит прийти ко мне…